А что, если копнуть чуть глубже..
Ну что ж, после просмотра фильма и прочтения отзывов на него — что хотелось бы отметить. Да, действительно, части сюжета до побега и после — резко контрастируют между собой. До побега сюжет имеет достаточно строгую логику в последовательности развития событий, достаточно устойчивый сюжетный стержень.
После побега: сплошные вариации, так сказать, на тему — нет смысла перечислять все сюжетные «ляпы», несоответствия, несостыковки, провисания логики развития событий и их несоответствия между собой. Почему так? Неужели авторам, так тщательно продумавшим начло, не хватило ума доработать вторую половину фильма? Это представляется мало вероятным.
Скорее всего, главная героиня просто напросто не выжила в пожаре. А всё, что происходит с ней дальше — лишь игра её угасающего разума. Потому что иначе никак невозможно объяснить все те странности, которые происходят после: где все люди в пожарной части? Как и где ГГ раздобыла гражданскую одежду? Как добралась с Дальнего Востока без денег и документов до Москвы, да ещё зимой? Ну и далее по списку.
Здесь видится единственное логическое объяснение всего происходящего — она просто-напросто угорела в огне при попытке к бегству, а умирающий мозг выдал на последок то, что мы и наблюдаем в дальнейшем.
Хотя, такое предположение всё же не до конца объясняет всё происходящее в первой части фильма.
Поэтому в рамках предложенной логики стоит пойти чуть дальше:
Вполне возможно, что связь с реальностью главной героини закончилась ещё во время самой аварии. Что последним эпизодом, связывающим её с реальностью является тот момент, когда она идёт в никуда с мёртвым ребёнком на руках.
После чего от пережитого шока и полученных травм — элементарно впадает в кому.
А во всех последующих эпизодах присутствует, скажем так — заочно. Вполне вероятно что «поверенный» ведёт свои переговоры с предложениями подкупа и угрозами уголовным преследованием именно с её отцом, сидящим в палате ГГ, а сама ГГ лежит в этот момент в коме и её в них участие — лишь интерпретация её полуспящего разума. Тогда становится вполне объяснимым вообще всё, что происходит с ней в дальнейшем.
В первой половине фильма достаточно чётко прослеживаются некие параллели, очень сильно увязывающие судьбы самой героини и персонажа Линды Лапиньш - Яны. И у той и у другой — достаточно схожие взаимоотношения со свекровью, причём оба персонажа обеих свекровей имеют между собой очень схожие черты личности. У обеих героинь — и Яны и Жени — довольно странные отношения с их мужьями: в начале фильма Женя как бы вскользь упоминает, когда тот лежит в сугробе, что если бы папа меньше пил и лучше её «любил» — у них давно бы уже появился ребёнок, причём достаточно сильно бросается в глаза тот факт, что муж Жени ведёт себя как-то не совсем адекватно: сначала «отдыхает» в сугробе, затем достаточно долго прыгает как орангутанг, а после — грубо пристаёт к ней сидя в машине — если это и была шутка с его стороны, то как минимум, какая то сильно подзатянувшаяся, что как бы намекает на то, что в их семье не всё так гладко.
Кроме того, оба мужа имеют по брату, которые, как показало дальнейшее развитие обоих линий сюжета — оба далеки от идеала. Исходя из этого можно утверждать, что персонаж Линды Лапиньш — это альтер-эго самой героини — такое предположение вполне имеет под собой твёрдую почву.
А если так — то в развитии сюжетной основы вообще всё становится на свои места:
И само знакомство обеих героинь и странный подкоп, который в принципе-то не сильно возможен в предложенных обстоятельствах и даже начальник колонии – добрый импотент, создающий просто идеальные условия для побега и главное — связь между обеими героинями, до боли напоминающими сюжет Дюма «Граф Монте-Кристо».
Поэтому если исходить из того, что ГГ лежит в коме, что её отец, вследствие всего пережитого, умирает от инсульта находясь прямо в её палате и что родственники мужа, желающие продать её квартиру — после смерти отца вполне могут перестать платить за уход и инициировать отключение ГГ от аппарата жизнеобеспечения, то для спящего разума Жени — это вполне сопоставимо с пожаром, после которого сюжет уже совершенно точно идёт в разнос — когда уже не спящий, а умирающий мозг как бы стремится наверстать за отведённое ему оставшееся время между комой и смертью — наверстать упущенное и выдать более-менее приемлемое и по-возможности логично-счастливое завершение своей жизнедеятельности, а соответственно — и жизни самой главной героини.
Кроме того, следует присовокупить к этому ещё и параллельное сходство обеих героинь в том, что у обеих было по дочери — что само по себе наталкивает на мысль, о том, что дочь Яны — Вера — это проекция самой погибшей дочери Жени, и с помощью этой проекции Женя как бы спасает своего ребёнка, погибшего в аварии и даёт ей как бы вторую жизнь.
Сюда же логично ложится и персонаж Петра Фёдорова — который не кто-нибудь, а именно врач-хирург и который вполне вероятно оказывал ей медицинскую помощь после аварии и таким образом не раз попадал в поле зрения спящего разума Жени.
А значит, основная идея фильма, заключающаяся в попытках восстановления хоть какой-то справедливости — лежит вовсе не на поверхности, а находится глубоко за смысловыми слоями разворачивающегося сюжета.
И в завершение хотелось бы уточнить, что любой автор — это всего лишь человек, действующий в парадигме существующей реальности и не всегда чётко отдающий себе отчёт о том — что и как он ощущает неосознанно. Чаще всего это интуит, шестым чувством улавливающий те тенденции, которые происходят в нашем социуме и по мере своих возможностей — выдающий нам уже переработанное собственным восприятием отражение нашей реальности. Не зря же процесс творения лежит за гранью прямого восприятия действительности.
Поэтому даже если сам Автор не до конца отслеживает те процессы, которые вывели его на уровень данного восприятия и его творчество отражает то, что не всегда и не до конца доступно даже для самого творца — это ни как не умаляет его заслуг в области его творческого отражения существующей ныне реальности.
Соответственно, смело и однозначно можно утверждать лишь одно — перед нами совсем неоднозначный шедевр, передающий нам на уровне глубинных ощущений описание той злополучной объективной реальности, в корой все мы имеем честь проживать — в этом нам всем очень легко убедиться, просто «выглянув в окно» и увидев там всё то, что нас окружает на текущий момент. Той самой реальности, в которой восстановление справедливости отстоит столь же далеко, как далеко находится затуманенный разум уничтоженного человека, балансирующий на грани комы и смерти — от самой справедливости.
А значит, Автор данного произведения в любом случае заслуживает пожеланий в дальнейших творческих успехах, если и не меняющих нашу реальность, то как минимум — объективно отражающих её на уровне наших глубинных чувств и наших же глубинных её ощущений.